"Символ бабочки"
(отрывок из книги "Пути в иные измерения" Франклин Меррелл-Вольф)
" Жизненный цикл от яйца через гусеницу и от куколки к бабочке представляет один из лучших символов,
даруемых природой в связи с развитием человеческой души от рождения в этом мире, а затем,
через раскрытие субъектно-объектного сознания, до кульминационного Перехода к
Трансцендентному Сознанию посредством Второго Рождения.
Поскольку наш интерес сосредоточен на Втором Рождении, то в первую очередь мы коснемся перехода от гусеницы к бабочке, а не рождения куколки.
Гусеница олицетворяет собой жизнь на уровне субъектно-объектного сознания, жизнь, коренящуюся в эгоизме.
Бабочка символизирует Космическое или Трансцендентное Сознание, тогда как куколка - хороший символ "испытания" перехода, известного в христианском мире как Страсти, достигающие своего предела в Распятии.
Жизнь гусеницы связана с ползанием по поверхности и, можно сказать, представляет нечто вроде двумерного сознания.
Первая забота такой жизни - питание, и это осознание ничего не в состоянии постичь иначе, как на языке грубой утилитарности.
Следовательно, типичная философия гусеницы, если предположить на миг у гусеницы самосознание, достаточное для развития философии, должна быть такой, которая утверждала бы реальность и ценность лишь того, что воздействует на ощущения, особенно в связи с питанием.
Таким образом, идеи имели бы значение лишь постольку, поскольку они служат средством, которое способствует более полной чувственной жизни и снабжают эту тварь питанием.
Напротив, в жизнь бабочки входит свободный полет по воздуху, и потому она вполне символизирует трехмерное сознание в противоположность двумерной жизни гусеницы.
Первая забота в жизни бабочки - это воспроизведение потомства, а питание сведено к явно подчиненному положению.
Более того, типичное питание бабочки связано с нектаром, так что оно в корне противоречит грубой пище гусеницы.
Можно сказать, что жизнь и философия бабочки сосредоточены вокруг творчества и радости, и таким образом самоцелью является красота вместо грубой утилитарности.
Следовательно, реальное и ценное для бабочки имеет не только совсем иной смысл, чем для гусеницы, но смысл этот и вовсе выше понимания последней.
Куколка представляет этап, когда гусеница умирает как гусеница.
Для сознания гусеницы это должно казаться уничтожением или "угасанием", как и Нирвана - неозаренному субъектно-объектному сознанию.
Но если взглянуть как бы с другой стороны, куколка - это открытая дверь к вольной жизни бабочки.
Сознание бабочки имеет некоторые очень важные преимущества.
Бабочка в сравнении с гусеницей вращается в мире бесконечно более широкого понимания.
Она обитает в пространстве, не утрачивая способности вернуться к поверхностям.
Так что она вполне в состоянии понять поверхностные отношения, всю сферу гусеницы, но знает еще и бесконечно более богатый мир, который совершенно неведом гусенице.
Далее, она знает поверхность в связи с глубиной и, таким образом, может справиться с проблемами, связанными с поверхностью, далеко превосходящими возможности гусеницы.
Символ этот особенно красив.
Ограничения жизни гусеницы очень хорошо представляют ограничения субъектно-объектного сознания.
С перспективы субъектно-объектного сознания конечные проблемы философии остаются без всякого удовлетворения и часто заключают в себе непримиримые противоречия.
Эти решения достигаются и противоречия примиряются Теми, кто пробудился к Трансцендентным Уровням,
ибо Они обладают большим кругозором, символизируемым бабочкой, и могут охватить субъектно-объектный или поверхностный мир в высшем единстве пространства, представленного здесь Высшим Сознанием.
Но точно так же, как мир бабочки непостижим для гусеницы, так и это единство (интеграция) Человека Божественного Сознания бессмысленно для тех, кто не имеет проблеска Реальности более высокой,
чем субъектно-объектная сфера.
Так, без определенной степени Познания философия таких Людей, как Платон и Гегель, кажется чем-то чисто абстрактным и нереальным.
Эти, по общему признанию, высшие философии большей частью не интересуются созданием одних лишь чувственных и опытных ценностей и определенно уделяют весьма подчиненное место питанию и удобствам, в каком бы то ни было смысле.
Но когда эти философии рассматриваются с того уровня Сознания, на котором они были созданы, оказывается, что они самым настоятельным образом имеют дело с субстанциальными реальностями.
Они написаны с точки зрения подлинного Бодрствующего Сознания.
Философии типа неореализма, прагматизма и натурализма задуманы с точки зрения поверхностного сознания, символизируемого гусеницей.
По крайней мере, эта последняя форма сознания преобладает.
Если мы теперь ограничим себя субъектно-объектной точкой зрения или точкой зрения гусеницы, то сторонники этих философий будут отличаться лучшими аргументами.
По существу же они понимают лишь индуктивную или "ползучую" логику гусеницы.
Их окончательное авторитетное основание - это либо показатели органов чувств, либо данные, извлеченные непосредственно путем ощущений.
Их окончательный тезис - реально лишь то, что объективно.
На их собственной почве они, очевидно, неопровержимы, но всякий, кто Пробудился к "Знанию Путем тождества", сразу видит, что они в ложном положении.
Платон знает, вне всякого сомнения, что он прав в принципе, но он вполне может не быть в состоянии сделать что-либо большее для сознания типа гусеницы, чем намекнуть на Реальность выше уровня гусеницы.
В результате логическое противоречие между этими двумя крупными школами философии в значительной степени является тратой времени, поскольку нет, и не может быть никакого согласия по основным понятиям.
Со своей точки зрения каждый может считать свою позицию удовлетворительной, но в этом есть что-то вроде борьбы с собственной тенью и мало что дает в отношении убеждения противника.
Пробужденный знает неадекватность понимания гусеницы, но он не может доказать этого человеку типа гусеницы.
С другой стороны, последний не может охватить понимание Пробужденного, если сам не пробудится, и в результате - тупик, если человек-гусеница не имеет каких-то смутных представлений о Высшем.
Из всех людей, которые ограничены в своем сознании субъектно-объектной множественностью, те, кто видят первую проблему человечества в экономике, наиболее привязаны к уровню гусеницы.
Жизнь для них сосредоточена на грубом питании и удобствах, а это как раз и есть главная характеристика настоящей гусеницы. Это ничтожно ограниченная точка зрения.
Одно лишь увеличение питания может дать только более крупных гусениц. Оно ни в коем случае не сможет разрешить первопричину человеческих несчастий.
Ибо человек, для того, чтобы узнать вечную Радость, должен преобразиться так, чтобы вступить в вольную жизнь, символизируемую бабочкой.
Несомненно, некоторым человеческим гусеницам нужно стать пожирней, прежде чем они будут готовы вступить в стадию куколки и пройти через нее, но многие уже сейчас готовы для этого Перехода и лишь теряют время, превращаясь в переросших гусениц.
Если последние думают, будто они служат человечеству, продолжая следовать своему теперешнему пути, они только обманывают себя.
Когда они Пробудятся, и только тогда, смогут они компетентно служить человечеству, даже относительно проблем обобществления и экономической организации.
Первоначальный смысл куколки состоит в том, что вступить в свободное состояние жизни в пространстве возможно лишь через умирание к уровню гусеницы.
Развитие лишь на уровне гусеницы производит гусениц больше и жирнее.
Приходит время, когда человек должен отвратиться от всей формы жизни, символизируемой субъектно-объектным сознанием, если не хочет попасть в тупик напрасного и бесплодного существования.
Конечно, с точки зрения низшего уровня это включает в себя на какой-то непродолжительный период времени необходимый аскетизм в той или иной форме.
Но цель бесконечно богаче всего, что содержится в прежней жизни.
Да и вообще - это все что угодно, кроме аскетизма.
Привязанность к меньшим ценностям служит барьером к пониманию больших ценностей.
Это хорошо знакомый принцип даже в пределах обыкновенной жизни.
Он еще более применим в отношении достижения Высших ценностей.
Тем не менее, многие человеческие существа привязываются к ценностям, которые сравнительно не более чем детские игрушки, и таким образом отказываются сделать шаг, который откроет Жизнь Прекрасную, Свободную, Могучую.
Разве это не самое большое безумие?"
Вот так вот, друзья!
Мы с вами, оказывается, просто гусеницы "пожирнее",
поскольку все-таки интересуемся вопросами своего развития!
А большего нам не дано!?
Обидно, вроде... __________________________
Татьяна
Biopole.ru/tatyana [0]